Нас переплели в одно целое, всего то понадобилось- пара вязальных спиц да лоскут одеяла под попу. Так уж сложилось.
Их тринадцать. Ровно, даже если пересчитывать снизу вверх, всё равно не обсчитаешься. Тринадцать, это если без меня, как вы поняли, хотя толку их без меня считать? Всё равно у нас с ними корни j,obt. Они, все тринадцать, корнями глубоко в меня уходят, в мою треклятую жизнь, в мою голову дурную. Мало того, что сами спутываются, так ещё и мысли мне спутывают-коверкуют. Ну а я, а что я- я тоже корнями ухожу, да наверно в каждого из тринадцати и ухожу, по мне то спицей тоже прошлись. Вот это например Уолт- стройный красавец- любимец женщин. Он всегда на виду, всегда красуется, да и чего бы ему, такому, не красоваться? А этот вот- это мой Малыш Билли. Билли и правда малыш, самый младшенький из всех, тринадцатый, поэтому наверное и уродился кособоким коротышкой. Зато если бы у него были зубы, все бы они были золотые, это как пить дать. Нрав у него тот ещё. Оба конечно мои любимцы, хотя как тут наверняка скажешь, у нас ведь у всех одна дорога, все четырнадцать переплетены одной спицей. И всех их люблю, чего уж там, как родных, ей богу.
По ночам мы беседуем- иногда спорим, иногда просто дурачимся, а бывает, что и серьёзно- по мужски. У Уолта странное представление о Боге, он любит о нём на ночь глядя. Всё рассказывает, как мир устроен, что вязальная спица есть в каждом и что глупо было бы думать, что всё совсем не так. Да разве с ним поспоришь, с Уолтом то с моим, я лишь головой киваю. А Билли, тот всё больше про баб, нравятся они ему, прямо вот каждая, во всех красоту найдёт, ни одной юбки не пропустит. Да тут и мне есть что сказать, разговор поддержать. И все тринадцать, все ведь разные черти, хоть бы два схожих было, ан нет, хоть и корни у всех общие. Но в одном все сходятся, зовут меня, тащат. И Уолт и Билли, все хотят дороги, чтобы скитаться, чтобы в горы, да босыми ногами. Эх а я.. а что я? Я им уже пообещать успел.
Соберу все тринадцать дред резинкой и в дорогу. Ну а как по-другому, корни то одни.